Предисловие.

Полагаю, что данная публикация будет достаточно интересна всем, кто пытается проанализировать теперешнюю геополитическую ситуацию. Многие ответы, на поставленные сегодня вопросы, находятся в далёком прошлом. Многие события, происходящие в наши дни и достаточно жёстко в той или иной мере касающиеся каждого из нас, имеют тысячелетние корни. Отсутствие информации, логики в её обработке, отсутствие стремления к объективности - всё это приводит к бестолковым спорам на многочисленных форумах.
А в более глобальных масштабах - к бредовой политике, приводящей к бездумному уничтожению как не восполняемых природных ресурсов, так и к уничтожению человечества как биологического вида, путём препятствия в закреплении на генетическом уровне информативности, наиболее продвинутыми особями данного вида. Планетарный ресурс перерабатывается отнюдь не извилинами мозга, а извилинами кишечника двуногих прямоходящих.
Наиболее примитивные особи данного вида, предводительствуемые более агрессивными, но мало-интеллектуальными сородичами, формируют свою систему ценностей. Hа первом месте которой стоит именно удовлетворение анально-фекальных потребностей.
Предоставляемые широкому вниманию автореферат и диссертация - "Этико-ритуальные учения традиционной культуры Китая", были созданы в начале мая 2002-го года. Хотя эта работа была коммерческой, т.е., выполнялась на заказ для одной китаянки, - Дун Моли, - создавалась на достаточно обширном фактическом материале. А так как мои финансовые интересы и автора данной работы (имя не для публикации, но автор обладает докторской степенью и многократно читал лекции в Штатах, Сорбонне, в Бразилии, Голландии и т.д.) были несколько ущемлены (ведь такая работа по негласным расценкам стоит не менее 3000 буказоидов) - то он не возражал против интернет-версии данного труда.
Во всяком случае, эта работа стоит того, чтобы уделить немного времени для её прочтения.

С уважением ко всем - Landsknight.

"Высохшая под солнцем, твёрдая земля
- Карёжит плуг
- Мятое железо
- Ровняют кувалдой...
- Китайская ][-ня!


(перевёл с папуасского - Д.Шарко. Тусуется у А.Клейна, http://klein.zen.ru


ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность исследования. Каждая из великих цивилизаций Востока по-своему уникальна. Уникальность традиционной культуры Китая прежде всего связывается с китайским церемониалом. Это идущие из глубокой древности этико-ритуальные традиции, проявляющиеся в жестко фиксированных стереотипах поведения и высказываниях, нормах взаимоотношений и определенной структуре общественного устройства.


Именно в Китае этико-ритуальные принципы и соответствующие им нормы поведения были непреложными ценностями для всего китайского общества еще со времен древности. Этико-ритуальные правила определяли восприятие мира китайцами и заменили собой как религию так и мифологию. Следствием подобной десакрализации и демифологизации этики и ритуала было формирование уникального социокультурного генотипа, который на протяжении тысячелетий стал основой для воспроизводства и саморегулирования общества, государства и всей культуры Китая.
Этот социокультурный генотип стал формироваться еще в эпоху Чжоу, в начале 1 тысячелетия до н. э. Возникшая тогда концепция небесного предопределения, или мандата (тянь мин) строилась на принципе этической основы в управлении людьми ( право на управление Поднебесной Небо отбирало у порочного правителя и вручало его обладателю высшей добродетели). Это не только подорвало господствующую до того веру в безусловность сакральной санкционированности существующей власти, но и сделала этическое главным принципом представлений о мире. Это имело для Китая далеко идущие последствия.

Место мифических культурных героев заняли демифологизированные мудрые правители, величие и мудрость которых были самым тесным образом связаны с их добродетелями. Место культа великих богов занял культ реальных клановых и семейных предков. В "обожествлении" семейно-клановых отношений огромную роль играли этика и ритуально-обрядовые нормы. Иными словами, религия и мифология по всем пунктам отступали под натиском этико-ритуальных норм.

Этика и ритуал стали нормативным эталоном и за последние два тысячелетия практически не претерпели изменений. Необходимость осознания роли этико-ритуального начала в жизни и эволюции Китая безусловно актуальны и сегодня, ибо позволяет составить представление об идейном багаже, который имела традиционная культура Китая и с каким она пришла в ХХ1 век.

Степень изученности проблемы. Безусловно учения древних мыслителей Китая на протяжении многих веков привлекали к себе внимание многих ученых как в Китае, так и во всем мире. В изучении этого пласта традиционной культуры Китая участвовали такие известные синологи, как Х. Крил, В. Тернер, В. Бауэр.Д Лутон, Х.Гилл, В. Рубин, российские исследователи Н.Конрад, А. Кобзев, Ф. Быков, Л. Васильев, китайские ученые Сыма Цянь, Чанг Чунг-юань и многие другие.
Все эти исследования так или иначе оказали влияние на нашу работу. Наше исследование рассматривает древних мыслителей Китая с точки зрения как в их учении проявлялась этика и ритуал. Поэтому мы в исследовании проблемы этики и ритуала опирались в основном на те работы, в которых эти вопросы являлись приоритетными. Это работы в первую очередь китайских ученых: Гуань фэн, Бань Гу, Сюй Дишань , Сыма Цянь, Цуй Дахуа и др. Но все таки в главном мы опирались на труды классической китайской мысли: Конфуция, Лао-цзы, Мэн-цзы, Сюнь-цзы и других.

Кроме того, существенным для нас являлось выявление особенностей философской методологии в древней китайской культуре. И здесь мы также сопоставляли отечественный взгляд на собственную историю и культуру с выводами об этих проблемах российских и западных ученых.

Целью диссертационного исследования был анализ учений древней культуры Китая с точки зрения сходства и различия взглядов мыслителей этого периода на этику и ритуал. Проведенный анализ позволил нам провести теоретический анализ особенностей философской методологии древней китайской культуры.

В этой связи были сформулированы следующие задачи исследования: n определить сущность и направленность конфуцианства в древней культуре;
1) проанализировать и определить место древних мыслителей после Конфуция - различные школы и их особенности и их влияние на духовную жизнь древнего Китая; n выявить истоки и механизм регенерации традиционной культуры Китая;
2) проанализировать особенности философской методологии древней китайской культуры.

Объектом исследования является древнейшие учения традиционной культуры Китая и их особенности.

Предметом исследования служат различия взглядов древних мыслителей на этику и ритуал и сравнительный их анализ; кроме того особенности методологии философии древнего Китая.



Методология и методы исследования. В основу работы положен системный подход к анализу учений различных мыслителей с точки зрения морально-этической их установки. В качестве основных методов исследования использовались:
теоретический анализ, компаративный, включающий контент-анализ, лингвистический анализ и др.

Новизна диссертационного исследования. Автором выбраны наиболее крупные учения древних мыслителей, внесших несомненный вклад в духовную культуру Китая. Доказывается, что они не только стали нормативным эталоном, но также создали прочную структуру государственной власти, строго иерархизированную, чем был обусловлен механизм ее регенерации на протяжении двух последних тысячелетий. В работе доказывается, что сила, стабильность и неисчерпаемые регенеративные потенции традиционного Китая, в его имманентной и почти автоматической ориетнации на Великий Порядок и социальную гармонию - все это стало возможным благодаря усилиям, затраченным великими мыслителями древнего Китая, которые и составляют фундамент Великой китайской цивилизации.


Научная и практическая значимость исследования.

Результаты исследования могут быть рассмотрены как определенное приращение теоретического знания в области исторической и теоретической культурологии. Анализ этических норм и церемониала, выявления их роли в цивилизации Китая, позволяют по-новому взглянуть на произошедший в последнее время мощный рывок в экономическом развитии КНР. Кроме того, результаты систематизации и анализа различных учений мыслителей древней культуры, с точки зрения этических положений и церемониальных норм, могут быть использованы в вузовских курсах по культурологии (истории культуры), помогая студентам лучше понять истоки китайской цивилизации и основные ее особенности. Также результаты исследования могут быть полезны для изучения китайской традиционности как таковой и ее бытования в современных условиях.


Основные положения, выносимые на защиту.

1. Этико-ритуальные принципы, ставшие нормативным эталоном для китайцев за последние два тысячелетия изменились весьма незначительно.
2. Теоретический анализ выявляет тот идейный багаж, который имела зрелая традиционная китайская культура и с каким она пришла в ХХ1 век.
3. Созданная, благодаря древним мыслителям, идейно-институциональная система оказалась очень удачной и практически полезной для цивилизации Китая.
4. Особенности методологии древней философии определяют специфику социокультурного генотипа .
5. Мощное экономическое развитие Китая в последнее время является наследием традиций. Подтверждая силу своих потенций, Китай также продемонстрировал жизненность своих традиций, по-прежнему, как и на протяжении тысячелетий доказал свои способности к регенерации в изменяющихся обстоятельствах.

Апробация работы.

Структура работы.

Диссертация состоит из Введения, трех глав, Заключения и списка литературы на русском, китайском и английском языках - всего около 100 наименований

Содержание работы

Введение посвящено изложению обоснованности избранной темы, ее актуальности,новизны, методологии исследования, ее практической значимости и т.д.

Первая глава.

Этика и ритуал в учении Конфуция и его последователей. В первом параграфе главы анализируется теория политического администрирования Конфуция, который, опираясь на опыт предков, сумел по новому разработать проблему отношения общества и государства. Ориентация на этико-политические и социально-административные проблемы способствовали тому, что Конфуций рассматривал общество как нечто упорядоченное, а потому обязанное подчиняться системе общепринятых условностей, обязательных правил поведения и норм жизни. Опираясь на этические принципы, он подчеркивал, что обществом должны управлять только лучшие лишь при этом условии государство и общество будут процветать. Это была основополагающая мысль, которая определила весь дальнейший ход его учения администрирования.

Им был разработан социальный идеал, который включал в себя целый комплекс добродетелей - объективность, спокойствие, беспристрастность, принципиальность, цивилизованность и т.д. Именно люди, имеющие эти качества, вправе руководить страной, вести народ за собой. Конфуций неоднократно подчеркивал, что суть справедливой администрации - есть благо народа, его процветание и благополучие. Мудрость администрации он видел в знании проблем народа, в заботе о народе, в воспитании народа. Последнее становится в учении наиболее важным пунктом, ибо без воспитания личности не может быть речи о справедливости. Общество лишь в том случае может процветать, если оно станет на правильный путь, т.е. будет соблюдать нормы морали, ритуалы и жесткие стандарты должного поведения.

Искусство администрирования, по Конфуцию, весьма многозначно, в разных ситуациях проявляющееся различными гранями, но главное в нем - это культ морального стандарта.

Во втором параграфе первой главы рассматривается трактат "Луньюй", где сформулированы основные этические принципы Конфуция. Здесь ярко очерчивается генеральный постулат конфуцианской этики - не делай другим того, чего не хочешь себе. Еще один кардинальный постулат этики - справедливость, т.е. то, что охраняет достоинство человека, не позволяет унижать человека. Еще одним из главных понятий конфуцианской этики являлись ритуал и церемониал, нормы, которые выстраивали этику в строгую иерархию. Таковы были фундаментальные основы.

Что же касается основных категорий этического стандарта, то они имеют весьма широкий семантический смысл, который может быть раскрыт в описательном и сравнительном контексте. В работе описываются основные этические категории и проводится сравнительный анализ составляющих их аспектов. Однако среди категорий конфуциевой этики есть такие, которые особенно выделяются как своей символической многозначностью, так и тем, что впоследствии стали играть в китайской культуре огромную роль. Речь идет о термине"ли" - это правила поведения, социальная норма, ритуально оформленный моральный кодекс.

Анализ категории "ли" показывает, что это важнейший момент социального порядка, включая строжайший церемониал и внешние проявления почтительности к старшим. Однако "ли" никак не связано с угодничеством перед властью, т.к. соблюдение правил "ли" касается и самой власти. Рассмотрение категории "ли" показывает, что это скорее сдерживающий для людей фактор, ведущий к гуманности и цивилизованности. Сфера чувств всегда должна была находиться под контролем рациональной этики. Это проявлялось в стремлении держаться середины, умении найти меру в проявлении чувств человека. Все это показывает тесную корреляцию с идеалом обязательной и всеобщей нормы поведения. В трактате "Луньюй" сущности категории "ли" посвящено значительное количество высказываний, в которых Конфуций выступает не унылым проповедником-доктринером, а напротив, человеком настойчиво и последовательно стремящимся изменить человека ему обрести вкус к общепринятой норме и осознать, что без нее не может быть хорошо организованного и стабильного общества.

Собственно этой же категории посвящен другой трактат "Ли цзи", где понятие "ли" рассматривается в качестве главной идеи."Ли цзи" - это не рассуждения о должном поведении, как в"Луньюе", а представляет собой нечто вроде учебника благопристойного поведения. С этой целью в трактате выдвигаются на передний план набор хорошо продуманных и специально отобранных стандартных ситуаций жизни, которые детально анализируются с точки зрения этического стандарта. В исследовании показывается, что по силе воздействия на людей трактат представляет собой "энциклопедию конфуцианства", где этика и ритуал являются координатами генеральной схемы, в контекст которой вписана вся система нормативных регламентов и рекомендаций.

В работе анализируется как связываются различные темы и ситуации с этическими нормативами и ритуализированным церемониалом. Показывается, что любая стандартная ситуация (семейно-клановые отношения, правила приличия, погребальный обряд, жертвоприношение, траурный обряд и т.д.) всегда не только пронизаны этикой и ритуалом, но и прямо базируются на том и другом.
Согласно трактату, основное в "ли" - это строгая соразмерность и четкие социальные, особенно рангово-иерархические различия. Каждый должен знать свое место и соответствующие этому месту права и обязательства. Эти четкие различия, таким образом, фиксируются в социально-политическом неравенстве людей: государь - подданный, верх - низ, старший - младший; это становится основой всех отношений, основой самоуважения и взаимоуважения в обществе, установлением порядка в обществе, а значит и основой стабильного общества.
В диссертации показано, что государство и общество в традиционной культуре Китая рассматривалось как нечто единое, практически нерасчленимое, в равной мере основывавшееся на "ли". Действительно, если общество и государство, социальное и политическое представляют собой единый цельный организм, то совершенно естественно, что при анализе этого организма ( а именно такой была задача составителей "Ли цзи") основное внимание должно быть сосредоточено на его иерархической структуре, на социально-политических различиях. Именно поэтому в трактате множество глав посвящено описанию прав и привилегий, а также поведения правителя (как сердцевины организма).
Анализ показал, что так как трактат "Ли цзи" является книгой о правилах "ли", главный упор в нем сделан на нормы поведения и отношений между людьми. Отсюда вся политическая система в книге как бы растворена в системе социальной и подана именно под этим углом зрения. Социальные нормативы и правила определяли различные обряды, играющие существенную роль в древнем Китае. В трактате описывается в деталях весь церемониальный ритуал в честь умерших предков. Это было театрализованно-ритуальное действо, которое должно было соблюдаться неукоснительно, ибо воплощало культ клана и предков и потому все относились к этому ритуалу с большой серьезностью и торжественностью. В трактате описывается каждый шаг этого ритуал. Даже правитель в деталях соблюдал свод правил, характеризующих этот ритуал - как он должен был проводить последние несколько дней, предшествовавших церемонии; как он должен был быть одет; как производить возлияние жертвенного вина; каким образом производилась ритуальная трапеза и многое другое.
Принимая участие в ритуале, младшие получали урок громадной социальной и эмоциональной силы, учились подражать старшим - это было отражено в трактате в форме постулата, что корень воспитания - в ритуале жертвоприношения. Также подробно расписан траурный ритуал. В исследовании показано, что этика и ритуал траурных обрядов не только базировались на нормах кланового родства, но и самым тесным образом были связаны с принципами организации семейных отношений, что придавало этим обрядам жизненную силу. Семья и дом в Китае, особенно среди зажиточных слоев населения и социальных верхов, всегда были святая святых и всегда построены на основе правил -"ли" . То же самое касается и брачного ритуала и церемонии принятия гостя и многое другое.
В работе подробно разбираются все эти ритуалы и делается вывод, что ритуальный церемониал и жесткие этические стереотипы охватывали в традиционной культуре Китая буквально все стороны жизни, как общественно значимые, так и сугубо частные, интимные.
Очень интересные главы посвящены характеристике хорошего учителя, в облике которого явно изображены мудрые мыслители, наивысшим эталоном которых был сам Конфуций, чаще всего именуемый именно Учителем. Кроме того, отдельная глава трактата посвящена музыке, так как музыка являлась неотъемлемой частью всех значимых ритуалов. В работе разбирается социальная сущность музыки в древнем Китае, которая в сочетании с правилами -"ли" давала наибольший социально-этический эффект.
Этика и ритуал глубоко проникли в основы древнекитайского социума и играли огромную роль в качестве организующего и структурирующего начала китайского общества и государства. Незыблемой была генеральная структура, ярко очерченная и тщательно детально проработанная в "Ли цзи". Общество должно быть построено на уходящих в глубь веков патриархальных традициях, детерминированных этической нормой и скрепленных ритуалом.
Этика и ритуал, воплощаясь в хорошо разработанном церемониале и ставшие почти автоматическими стереотипами поведения, являлись той фундаментальной основой, на которой веками строилось китайское общество. В этом смысле конфуцианская этика и ритуал играли роль официальной религии, были идейно-институциональной основой Китая.
В работе подчеркивается, что Конфуций, опираясь на мощь традиции и возвеличив в ней все то лучшее, что способствует социальной гармонии и обеспечивает справедливость административной политики, сумел предложить обществу такую программу реформ, которая способствовала упорядоченной стабильности Поднебесной. Его неизмеримой заслугой является то, что он создал систему идей и институтов, которые со временем действительно изменили облик страны.
В последнем параграфе первой главы очерчены взгляды наиболее ярких последователей Конфуция - речь идет о Мэн-цзы и Сюнь-цзы. Это два, оппозиционных друг другу мыслителя, продолживших конфуцианство, но в расходящемся направлении: идеалистическом (Мэн-цзы) и материалистическом (Сюнь-цзы). И если Мэн-цзы развивает в идеалистическом ключе ( нравственный закон, долг и справедливость, нормативы поведения и этический стандарт) этику Конфуция, то Сюнь-цзы с помощью даоской школы опровергает некоторые конфуцианские догмы. Будучи рационалистом Сюнь-цзы главенствующее место в познании отдает разуму, через который человек достигает могущества. Если Мэн-цзы считал, что человек по своей природе добр, то Мэн-цзы подчеркивал злую природу человека. Отсюда проистекали диаметрально противоположные взгляды обоих мыслителей на этику. Для Сюнь-цзы этические правила неотделимы от законов(некая связка "ли" и "фа") и это, по его мнению, есть начало управления обществом и основа преобразования человеческой природы. В работе подробно рассматривается сущность порядка в учении Сюнь-цзы, так как он оказался предвестником легистской школы - крупнейшего философского учения традиционной культуры Китая.
Таким образом, сущность этики конфуцианства - в выполнении предписанного свода нормативов и стереотипов поведения. Нравственный идеал - Небо (небесное "дао") у Конфуция; "чэнь" (этическое совершенство) у Мэн-цзы; предписанное законом "фа" у Сюнь-цзы. Вне зависимости от природных свойств человека (он добр - по учению Мэн-цзы, он зол - по учению Сюнь-цзы) его лучшие качества развиваются и формируются только благодаря воспитанию. Само же воспитание, базирующееся на нравственном примере, сводится к усвоению церемоний -"ли" (этико-ритуальным нормам).


Вторая глава "Этико-ритуальные учения после Конфуция" посвящена анализу наиболее влиятельных философских учений Китая в 5 - 4 вв. до н. э. В черырех параграфах главы рассматриваются совершенно разные социально-политические доктрины, с единственно общим для них основанием - опорой ( в той или иной степени) на традицию.

В первом параграфе рассматривается доктрина Мо-цзы (приблизительные годы жизни 479-400), в которой на передний план выдвигается эгалитаризм. Разбирая его программу действий, становится понятным, что хотя он во многом целиком шел за Конфуцием, его учение в существенных моментах не только отличалось от конфуцианского, но и резко противостояло ему. Так, он выдвигает идею ослабления социальных связей, унификации образа жизни, чувств, стремлений людей, атомизации социума с последующим превращением его в иерархически организованную административно-политическую суперструктуру. Главной чертой такой суперструктуры становится эгалитаризация потребностей и потребления, а также безусловное единомыслие людей. Именно это и определило не только радикализм, но и экстремизм учения Мо-цзы. В качестве альтернативы конфуцианским семейно-клановым связям в трактате предлагается универсальная любовь всех ко всем, а призыв к эгалитаризму и минимизации потребления аргументируется с позиций критики роскоши и богатства, неравенства в потреблении.

В работе рассматривается жесткая критика Мо-цзы погребальных и траурных церемоний, как ненужных и вредных элементов престижного образа жизни, а значит лишних для государства. Мо-цзы, по всей видимости, первым сформулировал так называемую договорную теорию возникновения государства с явным акцентом на строгость внутренней структуры, которая обеспечивалась системой наказаний и поощрений. В исследовании подчеркивается, что именно он первым в Китае теоретически сформулировал идею государства как инструмента принуждения. Правда, принуждения не для процветания одного слоя населения за счет других, не ради удержания в повиновении большинства, а во имя высшей социальной справедливости, во имя унификации. Таким образом Мо-цзы при всем его рационализме и прагматизме создал утопическую конструкцию, сформулировал основы идеального искусственно сконструированного общества и соответствующего ему государства. Для Мо-цзы впервые в истории Китая этический принцип перестает быть решающим критерием, хотя он и признает его, но не считает главным фактором для жизни людей. В работе подробно разбирается логика рассуждений Мо-цзы : выгодно - полезно; полезно - необходимо всем; необходимо всем - значит целесообразно. Утилитаризм становится основным методом аргументации Мо-цзы. И все же опора на принципы всеобщей любви и равенства провозглашенные в его учении со всей очевидностью отражали этические принципы мыслителя. А резкая критика господствующей в обществе морали и конфуцианства является из основных сторон его этической системы, включающей осуждение войн и насилия, прославление труда и требование компетентности в управлении государством, а не родственных связей - все это определило этическую ценность учения Мо-цзы.

Во втором параграфе анализируется одно из самых влиятельных философских учений древнего Китая - даосизм. В работе разбираются истоки даосизма, так называемый - протодаосизм и делается вывод, что даосизм создавался на протяжении веков, усилиями многих, причем очень разных людей, включая не только глубоких мыслителей , но и отшельников, скептиков, гедонистов в стиле Ян Чжу, практиков магии, колдовства и знахарства. Все эти многочисленные компоненты постепенно сформировали банк идей, на основе которых сложился даосизм как доктрина.
Самый известный классический трактат "Дао-дэ цзин" в историю мировой культуры вошел в связи с именем Лао-цзы. Отличительной чертой трактата являются метафизические конструкции, которых до этого древнекитайская мысль еще не знала. Анализ текста позволяет сделать вывод, что высказывания в трактате при всей их глубине, оригинальности, неожиданности, парадоксальности, являются скорее основой для работы не столько ума, сколько сердца. Мистика и метафизика проявляется во всем и главное в трактовке основных категорий "Дао", "дэ" и "ци". У всех этих понятий совсем другие семантические поля, нежели у Конфуция.
"Дао" в трактате бестелесно и не поддается чувственному восприятию, оно везде и нигде, бесконечно и вечно, пусто и неисчерпаемо. Текст дает понять, что оно - высшая и, по сути, неизменная реальность, тогда как мир изменяем и преходящ. Его манифестацией в мире является "дэ". Это понятие как социо-этический термин принадлежит к числу древнейших философских абстракций, именно оно лежало в основе всего принципа этического детерминизма в Китае. "Дэ" по сути то же "Дао" только трансформированное, явленное, доступное чувственному восприятию, то есть это "Дао" в реальном мире. Специальный анализ вывляет, таким образом, три силы, порождающие мир: "Дао" - Высший Абсолют, внефеноменальное первоначало, "дэ" - явленная миру его манифестация и "ци" - субстанция, которая энергетически заряжает все вещи и существа, даруя им тем самым факт бытия.
Очень интересны в тарктате рассуждения о пустоте, где она трактуется как всеобъемлющее качество, дающее миру значительную пользу. Кроме того, в "Дао-дэ цзине" выдвигается совершенно нетрадиционный идеал мудрого правления, главный смысл которого - в недеянии, "увэй". Через недеяние даосы видят основу мудрости и счастья как управляющих, так и управляемых. Вывод абсолютно ясен: корень зла в социальной активности, в деятельности, которую необходимо пресечь, чтобы люди стали счастливыми. В строгом соответствии с двумя основными принципами - недеяние и мудрость простоты - в трактате интерпретируются и многие другие социально-этические проблемы: равнодушие к религии, осуждение войны, этические принципы военного искусства, ниспровергается идея престижа.
В сущности, в "Дао-дэ цзине" сформулированы все основные положения этики даосизма:
-цель - следовать пути указанному природой;
- принцип - недеяние;
- счастье - возвращение к простоте. Высшие этические нормы существуют не для демонстрации и тем более не для дидактики. Они - нечто глубоко внутреннее, отсюда они - суть, а не форма. И это весьма расходится с привычной нормой традиции. Идеи, переоценка привычных норм и ценностных ориентаций послужили толчком для развития китайской мысли в совершенно новом и нетрадиционном направлении, выработке на базе традиционной культуры совершенно новых понятий, категорий, представлений, оценок и принципов.
О том же свидетельствует и второй классический даосский трактат, названный по имени одного из оригинальнейших мыслителей древнего Китая Чжуан-цзы (369-286) и во многих отношениях являющийся жемчужиной китайской культуры. Идеи, притчи, рассказы трактата представляют собой попытку убедить китайцев в истинности чуждых для них метафизических конструкций. В этом смысле трактат является фундаментом даосизма, являясь его функциональной основой (если доктринальной считать "Дао-дэ цзин"), которая собирала все, что тяготело к сфере метафизики, мистики и суеверий.
Анализируя трактат, обращает на себя внимание логика конструкций и особое мистическое значение Слова. Здесь последовательно проводится мысль о единстве всего сущего, а также идея возвращения к высшему первоначалу "Дао", которое также рассматривается как Всеобъемлющее Ничто, Великая Пустота. Перестает быть привычным и обычное слово, оно становится таинственным и мистическим.
Резко порывая с традицией,Чжуан-цзы подчеркивает, что истинно мудрое правление в недеянии, а истинно мудрый ищет сущность в пустоте, как великой основе бесконечной природы. В церемоний, не гуманность и справедливость характеризуют человека работе подчеркивается, что не соблюдении ритуалов и, а постижение пустоты.
Даосы считали Конфуция своим главным противником, ибо его церемонии и учение о сыновней почтительности укрепляет неравенство. Вся этика даосизма построена на критических оценках искусственной морали и противопоставлением ей истинной морали, построенной на простоте, приближении к природе, принципе недеяния.
В третьем параграфе данной главы анализируется еще одно влиятельное учение - легимз, то есть учение реформаторов-администраторов или школы "фа". Различные мыслители, объединенные этой школой имеют лишь одну действительно общую для них идею - управление страной следует осуществлять не на основании церемоний, ритуала, этических норм (как учат конфуцианцы), а на основании законов. Однако понятие закона трактовалось легистами своеобразно: это была не одинаковая для всех норма, а высшее право администрации поступать по своему усмотрению и делать то, что она считает нужным в сложившихся обстоятельствах. При этом законы заменяли административные распоряжения и правительственные указы, которые необходимо было исполнять чиновникам. Анализ показывает, что легисты в принципе не были апологетами закона как такового, скорее они были практиками-администраторами, сутью реформ которых было стремление найти оптимальные средства и методы управления.
B работе детально разбираются истоки легизма, реформы раннего легизма и отношение протолегистов к системе управления. Одним из наиболее последовательных теоретиков учения об оптимальной администрации был Шэнь Бу-хай (400-337), который разработал систему искусства управления, не имевшую ничего общего ни с законом как таковым, ни с практикой наказаний, ставшей позже основой легизма. Особенное внимание он уделял функциям правителя и эффективности его деятельности. Правитель должен иметь абсолютную власть и тем самым становиться центральной точкой отсчета, вокруг которой вращается все остальное. Правитель решает в государстве все, должен обладать сверхзнанием, сверхвидением, что и помогает ему контролировать подчиненных и править страной. Он - не администратор, он - верховный арбитр; не мудрость и проницательность ему необходимы, а метод и техника как средства управления преобладают в его деятельности.
В параграфе рассматриваются четыре принципа техники управления: выпрямления имен (все должно соответствовать своему наименованию); принцип соответствия должности; принцип пригодности к должности; принцип проверки и контроля.
Технология власти Шэнь Бу-хая является вершиной аналитического мышления в социальной и административно-политической сфере. Выступив приверженцем сильной и стабильной власти правителя, Шэнь Бу-хай довел до совершенства технологию управления, искусство администрации, опирающееся на тонкий расчет и продуманную тактику действий. Обращает на себя внимание тот факт, что в трактате нет речи ни о благе народа, ни тем более об этике и моральных принципах устройства общества. Гораздо дальше в игнорировании интересов людей зашел его современник Шан Ян.
Наиболее важным нововведением Шан Яна было административное членение крестьян, создание уездов, учреждение административных рангов и введение практики доносов. Анализ его системы идей показывает их предельную практичность, утилитарность, циничность и даже в ряде пунктов откровенную бесчеловечность. Человек, который для Конфуция был мерой всех вещей, в доктрине Шан Яна превратился в ничтожество. А отсюда главное в социальных отношениях - жесткий порядок с суровой дисциплиной, и суровыми наказаниями.
Принято считать, что основой учения Шан Яна является тезис о всемогуществе закона, однако анализ учения показал, что вершиной системы ценностей и мерой всех вещей у него выступает не закон, а государство как самоценный институт, в отличии от абсолютной власти правителя, что было у Шэнь Бу-ханя. Закон же трансформируется у Шан Яна в тщательно разработанную систему наказаний и принуждений. Доносы здесь заменяли семено-клановые связи и разрушали их.
Закон, в понимании Шан Яна, - это не кодекс прав и обязанностей гражданина, а система жестких регламентов, за невыполнение которых следуют суровые наказания и равные для всех санкции. Защищая закон как стандарт жизни, Шан Ян подчеркивал, что мудрые создают законы, а глупые регулируются ими.
В целом подчеркнем, что легизм, с его доминантой - законом и повиновением под страхом наказания, откровенно презирал народ, считая его быдлом. Одновременно легизм восстанавливал против себя и аристократов, ибо он посягал на их привилегии. Сила противников легизма была в широкой социальной базе, поддерживавшую их в сопротивлении легизму. Сам же легизм никакой социальной опоры , кроме аппарата власти, не имел. И хотя это была обладавшая большой силой административная система управления, именно роль традиций, умело поднятых на щит конфуцианством, оказалась роковой как для легистов, так и вообще для Циньской династии.
Крушение легизма однако не означало, что в этом учении не было ничего полезного и нужного для страны. Именно легистские концепции были весьма удобны для управления. И колоссальным достижением конфуцианства было то, что они сумели извлечь из легизма его рациональное зерно. Они использовали легизм так, что начиная с эпохи Хань мы имеем дело не с конфуцианством в его ранней, "чистой" форме, а с синтезом конфуцианства и легизма, во всяком случае во всем том, что имеет отношение к социальной сфере и сфере управления.
В последнем параграфе этой главы рассматривается этическое учение материалиста Ван Чуна (27 - 104 гг. н. э.). Он провел детальный анализ всех прошлых школ, в котором подверг их беспощадной оценке и критике. В собственной концепции он был материалистом, опиравшимся на ранний даосизм.Главным произведением Ван Чуна был трактат "Лунь хэн", в котором наиболее полно отражены его материалистическая позиция, критичность по отношению к обрядам и обычаям, что и определило его этические взгляды. Ван Чун резко выступал и против постулатов конфуцианства , и против позиций даосов. Он утверждал, что мир - материален и люди, являясь частью мира, столь же материальны. Материальность человека, по мнению Ван Чуна, определяет все его основные свойства. Наиболее важной он считает связь материальности человека с его судьбой, которую обретает человек еще при рождении. Отсюда естественность - это подчинение судьбе. Судьба не даруется небом, она не имеет ничего этического, не связана ни с поведением человека, ни с его нравственными качествами, а лишь с материальностью мира. Исходя из своих рассуждений Ван Чун делает вывод, что материальность мира и естественный процесс его изменений не имеет морального аспекта.
В своей системе морали Ван Чун синтезирует точки зрения даосизма и конфуцианства, то есть - человек может быть как нравственным, так и безнравственным потому, что он деятелен. Основу же деятельности (а через нее и моральности) составляют желания стремления и потребности людей - все это есть природа человека. В политических высказываниях Ван Чун приверженец порядка, стабилизации внутреннего и внешнего положения страны. Он отделяет мораль от права, считая при этом мораль производной от естественной природы человека. В принципе в учении Ван Чуна в абстрактной форме скрестились две линии: линия "государственности" и линия "свободы личности" (естественности).
В третьей главе настоящего исследования анализируются особенности философской методологии в традиционной культуре Китая. В главе разбираются характерные черты древних канонических текстов, их отличие от западных текстов и своеобразие лексикона традиционной китайской культуры. Подчеркивается, что используемые в лексиконе термины весьма неоднозначны, а оттенки многочисленных значений являются стимулом для идеи, а не наоборот. Поэтому происходило все большее взаимоопределение и взаимосвязывание понятий и терминов. В результате этого процесса значение понятий становилось производным от того или иного сочетания его с другими терминами, что приводило к полисемантизму терминов в исходных канонических текстах. Символический характер традиционной философской культуры обуславливали многомерность текстов, обладающих различными смысловыми уровнями - образно-метафорическим, конкрктно-практическим, абстрактно-философским.
В исследование выделены наиболее существенные, фундаментальные черты мышления древней цивилизации Китая.

Практицизм мысли проявляет себя , в первую очередь, в демифологизации и демистификации идей, которые были освобождены от религиозных догм и функционировали как бы сами по себе, отражая принципы социальной гармонии, этику и нормы поведения. Кроме того, практицизм идей также проявляет себя в предпочтении конкретики абстракциям, в стремлении уйти от умозрительных конструкций.Практические потребности социо-этико-политического бытияво многои обусловили объяснявшие их доктринальные принципы.
Система социальных обязательств во многом способствовала выработке представлений о том, каким должно быть общество и какое место в нем должен занимать каждый. Одной из важнейших идей составляющих систему была идея социальной гармонии со справедливостью в качестве ядра. В ней было сочетание эгалитаризма со строгой иерархией, которое в различных доктринах проявлялось разными своими гранями. Социальная гармония также включала в себя обязательную ориентацию каждого на идеал. Логическим следствием этого являлась идея самоусовершенствования индивида. Совокупными усилиями мыслителей разных направлений в Китае была выработана своего рода теория улучшения человека. Суть ее сводилась к нескольким существенным моментам.
Для того, чтобы возвыситься над уровнем простолюдинов и войти в слой управителей необходимо овладеть искусством самоусовершенствования, причем главным считалось направление усилий в сферу этического и нравственного начала. Первое средство для этого - высоко ценить идеалы и быть готовым принести в жертву все остальное. Второе важное средство - придерживаться умеренности и избегать страстей. Третье важное средство - подчиняться нормативному эталону. Не подлежит сомнению, что созданная традиционной культурой древнего Китая система социальных обязательств была также очень прагматичной. Именно эта ее особенность позволила не только быть реализованной на практике, но и сыграть колоссальную роль в истории Китая, обеспечить стабильность государства.

Ассоциативность и коррелятивность мышления сыграли огромную роль в методологии философских текстов. Заложенное в текст свойство вызывать у читателя определенные ассоциации во многом определялось характером письма с использованием знака-символа в качестве не только лексической, но и образно-символической единицы. Знак-символ рождал определенные ассоциации, вызванные присущим ему семантическим полем, частично совпадавшим с семантическими полями ассоциируемых с ним знаков - все вместе же рождало иерархически скоординированную структуру устойчивых и понятных любому грамотному ассоциаций. Именно поэтому ассоциативные и коррелятивные связи значили для текста и его читателя очень много.

Практицизм мысли и ассоциативность, в сочетании с явным акцентом на социо-этические обязательства человека, на протяжении веков реализовывались в виде системы определенных штампов, которые устоявшись со временем сформировали специфическую философскую методологию в древней китайской культуре. В конечном счете она определила собой то, как смотрели китайцы на мир и как они оценивали свое место и свою роль в этом мире.
В заключении подводятся результаты исследования, делаются обобщающие выводы. Подчеркивается, что анализ мировоззренческих учений и особенностей философских методов позволяет составить представление об идейном багаже, который имела традиционная китайская культура Также необходимо подчеркнуть то, насколько практически полезной оказалась созданная на этой основе идейно-институциональная структура империи.

Стабильность, сила и неисчерпаемые восстановительные потенции традиционного Китая - в его имманентной и почти автоматической ориентации на Великий Порядок, основой которого всегда считались социальная гармония, этические принципы и поведенческие каноны и в конечном счете - справедливость. И сегодняшние успехи Китая - тоже наследие традиции, которая лишний раз подтверждает силу своих потенций.



[ДИССЕРТАЦИЯ]

[В публикации] [На главную]