О.А.Мельников

Высшая цель - бессмертие? Может быть…

Сходу начать раскрывать эту тему - невозможно. Перед этим придётся немного углубиться в скучноватые теоретические основы вроде бы каждому понятных явлений, определить коренное отличие живой Природы от неживой.

    И живое существо, и неживой минерал представляют собой некие материально - энергетические системы  различной степени сложности, состоят из одних и тех же химических элементов и их соединений, подчиняются тем же законам  физики и химии. Никаких веществ, полей или энергий, отличающих живое от неживого, наукой пока не обнаружено.   Столь модные в нынешнюю эпоху « мистического ренессанса »

« энергоинформационные взаимодействия » лучше оставить в стороне, ибо ясности в имеющиеся представления о физической реальности они отнюдь не вносят.

Попробуем набраться терпения и, насколько позволяют автору рамки  публикации, он попытается рассказать о теоретических результатах многовековых исследований биологов, о результатах теоретической обработки количества фактов несоизмеримо большего, чем потребовалось для выявления физико-химических  закономерностей.

     У мало знакомых с огромным информационным массивом биологической  фактологии читателей - людей иных профессий - автор заранее просит извинения: им многое надо будет принять на веру и, напрягая воображение, представить себе процессы, длящиеся не тысячи лет, как история человеческих цивилизаций, а миллионы и миллиарды лет…

***

Современный образованный человек интуитивно чувствует, что понятия «жизнь» и «информация» тесно связаны, но, обычно, затрудняется отчётливее определить их; непросто также бывает представить себе, насколько их связь - неразрывна.

По своему физическому смыслу, информация, как  мера неоднородности материально-энергетических систем, не существует отдельно от своих носителей. Поскольку все объекты физической реальности - неоднородны, все они несут информацию.

      Изначально существовала, пусть очень незначительная, но - вероятность случайного образования таких материально-энергетических систем, которые не только состояли бы из разнородных элементов, но и смогли бы  использовать самоё эту неоднородность, существовать как системы благодаря ей.

     Реализация этой незначительной вероятности произошла около трёх миллиардов лет назад - на нашей планете.

 Возникли информативные материально-энергетические системы, существующие как системы за счёт использования именно информации.

     Их принято называть организованными, в отличие от прочих материально-энергетических систем - сколь угодно сложных, упорядоченных и сбалансированных, Это и есть живые существа в обычном понимании.

    Организованные системы - живые существа обязательно имеют в своем составе структуры, несущие информацию об их  собственном устройстве как некоего единства в пространстве-времени, способах сохранения своей стабильности путём обмена с окружающей средой веществами, энергией и информацией, способах само- воспроизводства и размножения (способах самоорганизации). Эти микроструктуры - нуклеотиды - носители наследственной информации и составляют гены, тот или иной набор которых характеризует общие и индивидуальные черты строения, функционирования отдельных органов и поведения организмов.

     Вероятность  существования неживых, неорганизованных систем в физической реальности численно выражается огромной, по сравнению с живыми, величиной. Для неживого мира нет явлений, описываемых такими понятиями, как эволюция, конкуренция, конечность ресурсов, естественный отбор на более удачное устройство, Изменения неживых объектов обусловлены физико-химическими закономерностями, где  неприменимо  понятие «развитие». Сколь бы сложны ни были неорганизованные объекты физической реальности, у них нельзя себе представить существование собственных интересов и стремлений.

     Появившись в результате реализации ничтожной по своему численному выражению физической вероятности, живые, создающие свои копии, системы вступили в  конкурентные отношения за ресурсы окружающей неживой среды, нужные для их воссоздания. Вызываемые  неизбежными внешними воздействиями ошибки в самокопировании могли быть выгодными или не выгодными, удачными или неудачными;  в классической генетике их принято называть полезными или вредными мутациями для конкретной живой системы: они могут повышать или понижать вероятность дальнейшего существования, как самой этой системы, так и её потомков.

     Вступает в действие дарвиновский закон естественного отбора:  более удачные копии данной живой системы производят большее число потомков, менее удачные - или дают меньшее число потомков, или не имеют их совсем (внимание - генетическая смерть!), или  саморазрушаются; последнее можно назвать естественной физической смертью индивида - саморазрушение «от времени», от воздействий внешней среды, от неудачного устройства конкретного организма.

     В данном контексте  нас будет интересовать только этот случай смерти: столь же естественные в живом мире убийства и вероятностные несчастные случаи останутся вне рассмотрения.

      Движущие факторы эволюции - конкуренция и естественный отбор, многолинейно и часто  парадоксально сочетаясь во взаимовлиянии живых существ друг на друга и в их взаимодействиях со средами обитания,  направлены на максимальное увеличение вероятности существования конкретных, именно так устроенных организмов.

     Абстрактно это можно выразить стремлением жизни   от  некоей ничтожной дробной вероятности - к единице, к «железной» стабильности, к детерминизму, к гарантированности существования - бессмертию! Но - к бессмертию особи или популяции? Как это стремление осуществлялось и осуществляется в реальной эволюции и каковы  мыслимые решения этой «сверхзадачи»?

Углубляясь в проблемы жизни и смерти, современные медики и медицинские генетики уделяют особенное  внимание «простейшим» из ныне существующих организмов, оставляя в стороне факты и теории их эволюции.

      Однако, нынешние одноклеточные - на самом деле - результат  трёхмиллиардолетней эволюции в условиях сменяющихся биоценозов и на фоне изменявшихся, под воздействием органической жизни, физико - химических характеристик сред обитания. За это время они выработали настолько совершенные способы саморегуляции, что вопрос о наличии у них естественной смерти индивида не имеет смысла: они столь часто делятся, образуя или две генетически идентичные особи, или два генетически неодинаковых варианта особи прежней. Дальнейшее «не - существование» исходного одноклеточного организма не означает его смерти и разрушения - их просто нет в этом случае.

      Рассматривая мыслимое  начало эволюции простейших организмов ретроспективно - теоретически, можно понять, что их нынешнее «совершенство» есть результат длительного естественного отбора на защищённость механизмов наследственности, саморегуляции и самокопирования. Но первые шаги такого рода отбора не могли быть  сделаны без разрушения неудачных вариантов  самокопирования, - без естественной смерти какой-то части популяций протоорганизмов.

      Эволюция в сторону совершенствования организации идёт всегда через замыкание положительной обратной связи между большей удачностью (не забываем, что это - вероятностный процесс!) устройства данного организма и большим количеством его потомков.

      Конкуренция особей и популяций, скорость и пластичность эволюции связаны с частотой смены поколений. Отсюда, в частности, следует, что эволюция одноклеточных организмов  просто невозможна в сторону  формирования сколь угодно долго живущих - бессмертных! - одноклеточных особей: для этого им надо перестать делиться, а значит, и размножаться, т.е. быстро проиграть в конкуренции со сходными видами, продолжающими деление и размножение - на фоне рано или поздно наступающей гибели потенциально бессмертных особей, составлявших сколь угодно многочисленную популяцию на момент обретения такого рода бессмертия.

      Образно и условно говоря, одноклеточным организмам всё же удалось «обойти смерть» путем бесконечного размножения - клонирования - генетически однородных особей. Амёбы потенциально бессмертны, но это - генетическое, а не индивидуальное бессмертие; таким потенциальным «бессмертием» обладают все ныне живущие популяции организмов, произошедшие когда-то, настолько давно, что трудно себе представить, от первого, удачно самокопировавшегося нуклеопротеида. Его, а затем и их потомство и составляет совокупность ныне живущих организмов - от вирусов и амёб до людей.

      Эволюция многоклеточных организмов - организмов 2-го порядка, где особь - не клетка, а некое физическое тело в пространстве - времени, составленное миллионами клеток, начиналась с образования колоний одноклеточных особей - с их сотрудничеством и разделением труда, внутренним обменом веществом, энергией и информацией: у эволюции появился ее социальный аспект.

      Не следует забывать, что, при этом, одноклеточные особи когда-то, в седой эволюционной древности, начинавшие образовывать колонии, уже успели в своей прошлой «одноклеточной» жизни, на пройденном эволюционном пути, достигнуть  описанного выше «клеточного бессмертия». Составленный ими сложившийся многоклеточный индивид - на уровне организации древних и, частью, сохранившихся до наших дней, радиально-симметричных губок, кишечнополостных животных (медуз, полипов) и исходных типов растений достигает возможности бессмертия:  за счёт «разделения труда» между составляющими его клетками  и специализацией части из них в качестве половых (с появлением двуполости и раздельнополости); размножение  перестало быть связано с потерей индивидуальности.

      Многие из читателей не только видели современных представителей таких потенциально бессмертных организмов - обычных черноморских медуз, но и держали их в руках. Жизненный цикл этих медуз описан в учебниках зоологии.

Оплодотворённая яйцеклетка медузы (момент образования новой индивидуальности!) дробясь на 2-4-8-16-32 и т.д. все более мелких клеток, образует многоклеточную, весьма просто устроенную личинку - планулу. Планула недолго активно плавает в толще воды,  опускается на дно,  закрепляется на субстрате и, приобретая форму  потенциально бессмертного полипа, начинает питаться и растет. По достижении определенной величины, этот полип начинает вегетативно размножаться - клонировать свои генетические копии, медуз, которые отделяются от него и уплывают. По всей видимости, эти медузы также не имеют естественной смерти, они просто питаются, растут, продуцируя, с некоего момента, половые клетки. Рост их никаким внутренним генетическим механизмом не ограничен. Они погибают, спустя очень долгое время, из-за своей, уже непомерной величены и слабости скелетных структур, от механических колебаний водной среды, нападений хищников, разрывающих их на такие фрагменты, которым уже не хватает внутренних ресурсов для регенерации.

     Важно отметить, что древние кишечнополостные, несомненно, являются нашими далекими предками. Потенциальное бессмертие их индивидов, при их столь же несложном строении и физиологии, как и у нынешних медуз и полипов, поддерживалось сохранением во взрослом, половозрелом состоянии, запасных, недифференцированных и неспециализированных  зародышевых клеток, воспроизводящих, в случаях повреждения или утраты, любые их ткани и органы.

      Непременно следует оговориться: факты индивидуального бессмертия многоклеточных кишечнополостных особей  не имеется возможности установить - даже наблюдениями, из поколения в поколение, разными людьми за одним и тем же полипом - с древнеегипетских времен до наших дней - (если бы они имели место быть) - не смогли бы послужить прямым доказательством в строгом юридическом смысле этого слова.

      Поэтому можно говорить  лишь о потенциальном бессмертии многоклеточного индивида, обладающего генетическим механизмом регенерации клеток, составляющих все его ткани и органы.

      Но вернемся к событиям эволюционной истории организованных систем - живых существ. Итак, где-то около 2-х миллиардов лет назад, в мировом океане появились популяции кишечнополостных организмов, составленные потенциально бессмертными (сколь угодно долго живущими до гибели по внешним причинам) индивидами. Часть их потомков, почти не изменившись, живёт до сих пор.

      Почему же другие их потомки, в ходе эволюции изменяясь и усложняя свою организацию, постепенно утрачивали возможность индивидуального бессмертия?

      Эволюция продолжалась, её  факторы: конечность ресурсов, конкуренция, взаимовлияние в биоценозах, разнонаправленный естественный отбор - продолжали действовать. Ретроспективный взгляд обнаруживает, что в последний миллиард лет скорость эволюции, определяемая появлением более  конкурентоспособных, все более сложных и  высокоорганизованных существ, эффективнее использующих  информацию - возрастала.

Сама способность к использованию внегенетической информации и её обработке в специализированных - управляющих тканях и органах многоклеточного организма, становится фактором отбора.

      Более быстрая смена поколений, смена радиальной симметрии на билатеральную, передне-задняя полярность, совершенствование органов движения, органов чувств, органов переработки информации и управления более интегрированным многоклеточным организмом - эволюционно выгодны, ибо повышают конкурентоспособность.

      Дарвиновский термин «естественный отбор» хорошо прижился  в общественном сознании. Однако, большинство образованных людей, всё же, не имеют представления о двух его основных формах проявления - или стабилизирующем, или  формообразующем (движущем) естественном отборе, описанных проф. И.И. Шмальгаузеном в 1946 году.

      Формообразующий отбор характеризуется положительными обратными связями, когда носители удачных отклонений от прежней нормы увеличиваются в числе, имеют всё больше потомков из поколения в поколение. Именно он приводит к появлению новых рас, разновидностей, видов и типов организации.

     Отрицательные обратные связи, в результате замыкания которых численность неудачных отклонений от прежней нормы - падает, присущи стабилизирующему естественному отбору, сохраняющему достигнутый уровень организации,

     В интересующем нас аспекте направления формообразующего отбора сменяются таким образом, что деструктивные изменения в генах, отвечающих за потенциальное бессмертие отдельных клеток в тканях и органах, т.е. за поддержание способности к регенерации, этому отбору не подвергаются.

     Постепенно эти  деструктивные генетические изменения (мутации) перестают быть предметом и стабилизирующего отбора. Более того, сокращение продолжительности жизни индивидов, ускоряя смену поколений, увеличивает шансы на успешную эволюцию: адаптационную пластичность и способность к усложнению организации,  к выходу в новую среду обитания, к освоению новых видов ресурсов.

     Противоречие между двумя тенденциями: «потенциальное бессмертие особи или популяции?» разрешается самой общей направленностью формообразующего естественного отбора - на усложнение: более быстрая смена поколений способствует именно ему.

     Перестав быть предметом стабилизирующего отбора, любая структура организма, в том числе и генетический механизм регенерации, обеспечения «клеточного бессмертия» и потенциального бессмертия многоклеточного организма - постепенно исчезает: сначала образуемые этим генетическим  механизмом структуры  становятся рудиментарными, затем - атовистическим, затем группой «молчащих генов» и, наконец, выпадают из генома.

     Яркими примерами успешной эволюции под действием формообразующего отбора  на очень быструю смену поколений и полную утрату способности к регенерации, совсем без, или без особого роста способности к использованию внегенетической информации, служат: эволюция одно-двулетних цветковых растений  и эволюция насекомых (их коэволюция); причём для нас интересно, что насекомые - вершина эволюции другой ветви потомков древних многоклеточных кишечнополостных.

     В этих случаях жизнь особей укладывается в месячные сроки, а видовое разнообразие и общая биомасса по сравнению с другими обитателями материковой суши - огромны (насекомые - 70 % животной биомассы суши!).

     Но, несмотря на свои успехи, предки насекомых - потомки радиально-симметричных многоклеточных организмов, все же уклонились от генерального направления эволюции организованных систем.

     Полная утрата возможности индивидуального бессмертия, как и многие другие эволюционные события, ещё не гарантирует какую - либо эволюционную ветвь от попадания в эволюционный тупик.

     А можно ли выделить в стихийном процессе эволюции - генеральное направление? Можно, поскольку организованные системы есть системы информативные, устремлённые к  максимальному повышению вероятности собственного существования (повышению степени надёжности гомеостаза) . Генеральным направлением их эволюции может быть только то, на котором сдвиги в сторону большей вероятности существования и конкретного организма, и сообществ организмов данного вида происходят, прежде всего, за счёт усиления способности  использовать именно информацию, а не за счёт изменений других параметров этих систем, как, например, за счёт адаптивно выгодных конструктивных изменений органов, усиления  размножения, средств защиты или нападения и прочее.

     Наши предки: хордовые-позвоночные, потомки радиально-симметричных кишечнополостных, обретшие более удачный исходный план строения (проморфологию), остались на генеральном направлении эволюции - пути приращения информативности (индивида, а затем и социума) - пути усиления способности использовать вне- генетическую информацию.

     Но отвечающие за эту способность сенсорные и нервные клетки не могут и не должны делиться, их нельзя восстановить: это привело бы к разрыву информационных цепей - образно говоря -  к идиотизму.

     Современный человеческий вид, сложившийся  около 50000 лет назад, с его пятью разновидностями - расами, подрасовыми типами, народами и племенами-популяциями, произойдя от существ уже достаточно разумных (способных к абстрагированию и творчеству - выработке новой информации, не воспринятой из внешней среды), - человечество генерировало идеей бессмертия в тесной связи с идее Бога.

     Ретроспективно мыслимый генезис этих идей прост: в отличие от остальных живых существ, уже предки людей создали технологию выработки неких материально-энергетических систем, до них в Природе не существовавших (костёр, топор, бумеранг и т.п.). Отсюда один шаг до идеи о том, что окружающую среду, Природу, Мир создали боги (или единственный Бог), обладавшие знаниями и могуществом, несоизмеримыми с человеческими.

     Воля к могуществу толкнула к идее Могущества; страх смерти толкнул к идее Бессмертия (Бог= Могущество+Бессмертие).

     Креационистский подход к эволюции организмов ( Тейяр де Шарден и др.) критики не выдерживает. Одним из самых ярких примеров служит как раз ослабление  возможности регенерации в ходе эволюционного усложнения строения мозга, нервной системы, органов чувств у позвоночных.

     Если бы акт творения имел место как разовый, или как акт внешнего управления самой вероятностью появления организованных систем, со стороны Творца было бы логично продумать возможность ремонта нервной системы, органов чувств  и мозга у будущих «детей Божиих». Или опять сработала ревность Яхве - а то, мол, ещё станут, как Боги - бессмертными!

     Однако,  пора вернуться к эволюции ранних позвоночных. Наличие в их эволюционных ветвях парадоксальной макротенденции к ухудшению генетических механизмов регенерации - обеспечения долгой индивидуальной жизни способствовало успехам отдельных эволюционных линий этих животных в конкуренции  совершенствования и сохранялось у потомков победителей.

     Такая направленность этой макротенденции подтверждается и существованием различных рудиментарных тканей и органов у представителей ныне живущих видов позвоночных, и  спорадическим появлением атавизмов, когда в силу каких-то внешних причин начинают «говорить» «молчащие» миллионы лет, но сохранившиеся в конкретном геноме  гены.

     Так, у взрослых людей существует рудиментарные зачатки регенеративных тканей в основании «постоянных» зубов, между их «корнями»; у наших далеких предков, когда они еще находились на организационном уровне древних ящеров (не путать с динозаврами - боковой эволюционной ветвью, от которых наша ветвь не происходит!), зубы вырастали взамен утраченных - в течение их гораздо более долгой индивидуальной жизни, которая исчислялась, вероятно, сотнями лет, как и у нынешних низших позвоночных (рыб, земноводных, пресмыкающихся ).

     Другой весьма интересный пример сохранения способности к регенерации органов и тканей представляют ныне живущие хвостатые земноводные, в частности, обычные тритоны: у них снова вырастают отрезанные хвосты, ноги, челюсти и, что особенно интересно, восстанавливаются даже глаза. ( Но нет данных, видят ли они регенерированными глазами что-либо - нервные ткани не способны к восстановлению, а если глаз развивался из спящих зародышевых  нейробластов, то способен ли глаз-регенерат стать функционирующей частью нервной  системы?).

     Увлечённые погоней за «одноклеточным» бессмертием современные исследователи практически перестали интересоваться этими биологическим феноменами. В 60-х  годах  в отечественной газетной периодике промелькнула статья о некоем враче из Дагестана, нашедшем способ  активации зубных рудиментов человека и добившимся роста новых зубов даже у пожилых людей, но ... все заглохло, по-видимому, благодаря стараниям мощной корпорации дантистов.

     Исследования на тритонах, хотя хвостатые земноводные  и представляют собой боковую - не нашу - ветвь эволюционного древа позвоночных, вполне актуальны, а объекты доступны и легки в лабораторном содержании. Представляет весьма большой интерес - исследовать клеточные и молекулярные механизмы естественной регенерации органов и тканей у позвоночных животных.

     Такого рода исследования могли бы очень много дать для посттравматической реабилитации, однако регенерацией у тритонов перестали заниматься с 40-х годов уходящего столетия. Впрочем, для правящих Россией с начала века, сменяя друг друга, чиновников и торгашей это не актуально: их болезни -  ишиас и геморрой, сердечная недостаточность, кишечные дисфункции; травмы же получают на войне, на производстве, в уличных драках и разбойных похождениях.

     За это же время молекулярные (теорией эволюции обычно не владеющие и не интересующиеся) биологи  достигли успехов в изучении ферментов, обеспечивающих деление клетки вообще. Исходя из «свежей» ( Шлейден и Шванн, начало 19 века )  мысли о том, что наш организм составлен клетками, эти люди надеются активацией их деления продлить индивидуальную жизнь; правящие в большинстве нынешних государств плутократы очень хотят подольше прожить  и готовы швырять бешеные деньги на исследования, бесперспективность которых им нечем понимать, а корыстным учёным дельцам это и на руку.

     Стоит им всем напомнить два обстоятельства: 1) генетические механизмы управления дифференциацией  и специализацией клеток, в тканях и органах, в ходе эмбрионального развития или регенерации в нашем организме - очень слабо изучены; 2) случаи беспрерывного и трудно остановимого деления клеток нашего организма очень хорошо известны - это деление и размножение  раковых клеток;  природа этой патологии пока не ясна: скорее всего её следует искать в области внешних инициаций «полумолчащих» генов различных человеческих генотипов (П.И. Гуральник, устное сообщение, 1973).

     Продолжительность индивидуальной жизни у наших более близких предков и родственников, - млекопитающих - гораздо меньше, нежели у птиц, ящеров, земноводных и рыб, и исчисляется уже не сотнями, а десятками лет.

     Однако, события эволюции приматов - гоминид показывают, что с увеличением времени жизни индивида -  не всё потеряно. Современные люди живут в среднем, в два-три раза дольше, нежели высшие приматы, и в полтора раза дольше, чем их неандерталоидные предки. Естественный отбор на увеличение срока индивидуальной жизни может быть связан только с необходимостью передачи следующему поколению племени большего количества внегенетической информации, нежели  в до-технологические времена австралопитеков и питекантропов: в войне - конкуренции - побеждали и давали большее число потомков популяции относительных долгожителей.

     Стоит ли разумным существам искать утраченную их очень далёкими многоклеточными предками возможность потенциального индивидуального бессмертия? Нельзя сказать, что - нет. Во-первых, всё равно будут. Во-вторых, дерзость - один из факторов успеха любой деятельности вообще.

     Другое дело - тактика и стратегия такого поиска. Селекция долгожителей - создание потомкам долгожителей преимуществ в размножении - за десятки и сотни тысяч лет, конечно, приведёт к удлинению жизни индивидов.

     Таким же путем, только гораздо раньше, можно вывести породу людей с зелёными глазами. Но такого рода формообразующий ( искусственный, монопараметрический ) отбор будет лежать вне генерального направления эволюции вообще - вне приращения информативности индивида и социума, вне «поумнения». Генеральная же линия эволюции - в приложении к современному человечеству всё та же - направленность полипараметрического естественного отбора на большую информативность индивида и социума путем создания преимуществ в размножении носителям высокого интеллекта и творческих способностей, при сохранении всех остальных параметров человеческого организма в пределах видовой нормы.

     Если мыслить эволюционно, то «долгоживущие», «зеленоглазые» или «белокурые» как цель искусственного отбора - не стратегичны, подобно выведенным людьми красивым голубям-павлинам, которым трудно летать.                                       

      Однако, люди - нетерпеливы, а эволюционный путь безмерно долог и чреват тупиками. Представим себе, что клеточные и молекулярные трудности, связанные с ещё очень малым знанием о механизмах развития зародыша, о последовательности и взаимосвязях работы отдельных генов и её информационном обеспечении на пути от оплодотворённой яйцеклетки до взрослого организма, - уже позади. Представим себе также, что в следующем веке технологически сверхсложная задача, благодаря успехам гениальных генных инженеров, решена: индивидуальное бессмертие человека достигнуто!

     Что же, в этом случае, ждёт некую конкретную социально-генетическую общность, некий формализованный в государство человеческий социум, который, благодаря  принадлежащему к нему гению, стал обладателем технологии бессмертия? Он тут же обратит на себя повышенную агрессивность конкурирующих народов и государств, вплоть до войны, а появление самих бессмертных индивидуумов, само по себе - не усилит его военного, технологического, научного и экономического потенциала. Хорошо, если данный народ и его правители смогут сделать это изобретение и технологию Тайной за семью печатями - до решения других своих стратегических задач; ведь законы Природы вообще, и законы эволюции, в частности, нельзя отменить, их можно только использовать (или, себе во вред, не использовать и создавать мифы разной степени привлекательности): на разумные существа и их сообщества они, увы, тоже распространяются; биология, в отличие от медицины (не продажной )  -  очень жестокая наука.      

     Мечтать, как известно, - не вредно, но нужно сознавать, что сословию, народу, расе, в составе которых окажутся потенциально бессмертные индивиды, необходимо будет сначала планетарное господство как факт и экспансия вовне для освоения ресурсов Вселенной как цель.

     Если это ещё не будет достигнуто, а обладание потенциальным бессмертием не удастся скрыть, то такой народ ждёт как мировая война за ресурсы для достойной жизни его потомства в условиях экологически сбалансированной биосферы планеты, так и гражданская война за самоё возможность иметь потомство в новой демографической ситуации; в обоих этих вариантах создание цивилизации - расоэтнокультуры потенциально бессмертных покорителей звёздных расстояний и колонизаторов далёких планет придётся отложить,

13 апреля 2000 года.  


ВЫХОД